Кавказская саламандра встречается у нас только в Западной Грузии, где обитает в горных лесах на высоте от 500 до 3000 м над ур. м. Придерживается берегов затененных лесных речек и ручьев. День проводит в укрытии, а с наступлением темноты покидает свои дневные убежища и охотится как на суше, так и на мелководье, добывая червей, мокриц, многоножек, рачков бокоплавов и насекомых. Все ее трофеи по размерам невелики, потому что и сама-то она, хотя и достигает длины 140—150 мм, но выглядит, как плеточка — тонкий длинный хвост больше половины длины туловища, небольшие «худенькие» лапки, изящная головка с большими выпуклыми глазками, да и туловище невелико. Замрет на камне, и будто это изваяние мастера по скульптурным миниатюрам, притом мастера высокой квалификации. Облик саламандры очень оригинален. Она по сравнению с другими хвостатыми амфибиями необыкновенно стройная и нежная. По суше бегает очень быстро, изгибая туловище, как ящерица. Нередко ее можно встретить на мелководье с поднятой над поверхностью воды головкой. В момент опасности, когда в плен попадает ее хвост, она его обрывает, как некоторые ящерицы, но с течением времени хвост восстанавливается. Сверху тельце этой редкой саламандры окрашено в коричнево-черный цвет, по этому фону разбросаны яркие овальные пятнышки желтого цвета, брюшко коричневое. С эстетической точки зрения особенно эффектны особи без пятен, чисто черного цвета с блеском, правда, встречаются такие крайне редко.
В середине лета в тихих заводях горных речек и ручьев самка откладывает до 100 икринок, прикрепляя их кучками к донным предметам — камням, стеблям и листьям растений, сучкам и корягам. Биология этой саламандры изучена слабо, но она уже на страницах Красной книги РФ и не только как узко-ареальный вид, но и как вид редкий. Есть основание полагать, что в сокращении численности кавказской саламандры повинны «любители природы», путешествующие по Кавказу и считающие возможным захватывать с собой любые живые сувениры. Я умышленно слова любители природы заключил в кавычки, поскольку лица, ведущие себя в природе по принципу: все мое и все дозволено, не могут считаться природолюбами, это ее явные враги. Поймать маленькую беззащитную саламандру дело нехитрое, а вот при утрате этого или любого вида дикой фауны человечество восстановить его не будет способно никогда.